Под хоругвями Крестного хода

Мало что греет душу в безотрадной круговерти дней и событий. Но не зря говорят: жива душа калачика просит. И понятно, почему так тянет к святому, светлому и возвышенному. К некоторым оно приходит через обращение к Богу, искреннее и радостное воцерковление. И тогда, вопреки серой обыденности, в душе будто зажигается огонек свечечки-былиночки. На глазах восстанавливаются и наполняются храмы, воссоздается утраченный уклад приходской жизни.

Наш рассказ о том, как в начале лета 1999 года в Тульской епархии состоялся первый многодневный Крестный ход. Накануне, в день памяти святых равноапостольных Кирилла и Мефодия и на праздник Пасхи, на удивление и радость горожан впервые за 80 лет по улицам «оружейной столицы» прошло многолюдное церковное шествие. Одно дело – в течение часа пройти от Кафедрального собора до кремля по свободному от транспорта проспекту. Но не всякому по силам почти двухнедельный паломнический путь. А между тем, число желающих перевалило за 200.

Священноначалие епархии в лице митрополита Серапиона благословило это благое намерение. Организатором и неутомимым толкачом духовно-дерзновенного замысла стал мирянин, неофит, Владимир Николаевич Петрушенков. Неисповедимыми путями Господь приводит людей в Церковь!.. Уроженец деревни близ Новомосковска, активист и трудяга по натуре, вчерашний партиец, он горячо и бесповоротно обратился к вере отцов. «После переворота 17-го года, – говорил он, – мы, в безумии, на великое замахнулись – возжелали низвести рай на землю. Не сразу поняли, что без Бога – ни до порога. Сами того не сознавая, пилили сук, на котором сидели. И оказалось, что с утратой веры начался распад нравственных устоев».

Ради того, чтобы былые грехи замолить, Господу Богу послужить, вчерашний парторг принялся за дело. Предстояло найти доброхотов и жертвователей, проколесить дважды по 500-километровому маршруту, договориться на местах о встречах и ночлеге. Владимиру Николаевичу удалось заручиться четырьмя автобусами, грузовиком и тремя УАЗами. Друзья помогли с полевой кухней, матрацами и одеялами... Словом, воз был не из легких, но Петрушенков сдюжил. Спасало, что оргкомитет возглавил молодой викарный епископ, владыка Кирилл. Его стараниями было оповещено духовенство городов и поселков, где должен был проследовать Крестный ход. По храмам Тулы развесили объявления, приглашавшие паломников. Несколько раз по областному радио и на телевидении сообщалось о предстоящем событии.

Поскольку Крестный ход получил именование «Русь соборная», были отправлены приглашения в соседние епархии. Напечатали 30 тысяч православных листков и доставили из Москвы столько же газет и брошюр для раздачи.

Крестный ход начался от святыни земли русской – Куликова поля. 1 июня, в день памяти святого благоверного князя Димитрия Донского, Владыка Кирилл совершил Божественную Литургию в храме Рождества Пресвятой Богородицы в Епифани. По окончании службы паломники выстроились перед храмом, слагая из своих рядов колонну.

Зрелище было поистине душевозносящее. Впереди следовала звонница из нескольких разновеликих колоколов, закрепленных на УАЗе. Шестеро мужчин и отроков несли кресты разной величины. За ними блистала величавая златотканая хоругвь со Спасом Нерукотворным. Далее шла икона Всех Русских Святых, переданная насельниками Оптиной пустыни. За духовенством и певчими воздымались к небу 40 хоругвей и знамен, которые несла дружина московского Союза православных хоругвеносцев. Рядами по 4-5 человек шел с иконами наш православный люд. Каждый – со своими скорбями и надеждами, с покаянием и смирением, но объединенные в одно духовное целое.

Вот восьмилетняя щебетунья Маша с мамой-сердечницей. Та на третий день пути доверительно открылась мне: «Думала, из-за сердца и полкилометра не пройду, придется садиться в автобус… И надо же! Господь так укрепил, что вот уже столько прошла, а сердечка своего не чувствую. И Маша моя радуется, как цветочек раскрылась. Она всю зиму занималась в воскресной школе при Щегловском монастыре, а теперь думаю отдать ее туда на послушание в летние каникулы. Да и сама она того хочет». Машенька в легком платочке вместе с детворой раздавала листки и газеты всем, стоявшим на тротуарах и обочинах.

Среди певчих – две монахини из рязанского Солотчинского монастыря: совсем молоденькая инокиня Анна, разговорчивая и умилительная, и вторая, гораздо старше ее, Мария – сдержанно-любезная.

«В обители нас 20 сестер, – рассказывает она. – Матушка игуменья назидает нас и, случается, не без строгости. Но с нами, неслушными, иначе и нельзя. Все мы разные, но каждая понимает, что спасемся лишь любовью и послушанием. В монастыре с грехами нелегко – но где как не там и помощь Божья и благодать Его спасающая. Вот и на Крестном ходе – телу трудно, а душа очищается, легчает...»

Вчерашний бухгалтер Анатолий Иванович, пенсионер из пригородного Скуратова: «Мне моя говорит (это он про жену): ты мужик неглупый и хоть малую, но веру имеешь. Но признайся, к бутылке тебя тянет сильнее, чем к храму. Сходи вместе со всеми, посмотришь, как другие веруют… Может, и тебе Бог даст слабость свою перемочь».

Среди паломников – Людмила, преподавательница Закона Божьего из Ростова. В свое время закончила институт культуры. Одинокая, любит детей. Она просто светится, когда говорит о них: «Нынче детки малые ничего не знают о Господе и святой Церкви, да и кто им расскажет?.. Родители в атеизме воспитаны, а учителям и доныне не позволяют на уроках говорить о вере. У себя в Ростове стараемся под любыми видами в школу попасть. Более чутких слушателей не найти. Душа у них, как голубенькая промокашка: видели бы вы, с каким доверием они воспринимают истории из Евангелия».

Глава дружины хоругвеносцев, Леонид Донатович, поведал о побудительных причинах создания их Союза: «Известно, что спасение совершается благодатию, а она проявляется прежде всего через красоту и благолепие. Помимо Православия подобной красоты не сыскать. По лицам видно, что взирающие на хоругви, иконы и кресты не остаются безучастными».

Через 15 городов и поселков прошел тульский Крестный ход. И всякий раз люди откликались на перезвон колоколов, на звуки молитвенного пения, на проникновенные слова, усиленные мегафоном катехизатора епархии Олега Сенина. Одни выходили навстречу, стояли на тротуарах и балконах, шли следом. Удивлялись, глядя на невиданное, красно-украшенное шествие, другие крестились, просветлялись лицами, утирали слезы.

И верилось, что ни один не остался равнодушен к увиденному и услышанному. Крестный ход, приумноженный местными жителями, неизменно останавливался посреди города или селения. В считанные минуты из хоругвей и икон устроялся походный иконостас. Перед ним священники служили молебен и кропили святой водой многолюдную толпу. Звучали призывные и назидающие слова проповеди.

За время пути каждый обогатился бесценными крупицами духовного опыта. Помнится, когда паломники вошли в город Киреевск, где никогда не было храма, на глазах у всех над крестами, хоругвями и иконами завис белоснежный трепещущий голубь. Во время шествия по Богородицку и Белеву, где нас особенно тепло встречали, солнышко чудно играло на июньском небе. В одном месте всех порадовали телята и жеребята, которые, как завороженные, смотрели с луговины на проходящую мимо процессию. Неожиданно один жеребенок сорвался с места и ускакал вперед. Через несколько минут мы снова увидели его: он ласково терся о мать своим гнедым боком и вместе с ней дивовался увиденным.

 

Жеребенок

Ах, как удивительно смело
Он нес в первозданном тепле
Свое невесомое тело
По майски весомой земле.
Звенели в выси жаворонки,
Кропила росою трава.
А голос заливисто-звонкий
Все звал его,
Звал его,
Звал…
Но что ему было за дело,
Когда, возрожденьем пыля,
Летела под ним и летела
Почти невесомо земля.

                           В.И.  Жильцов

 

Срединой нашего пути значилась Тула, где в эти дни ожидался приезд Святейшего Патриарха Алексия. Встреча паломников с Архипастырем русской Церкви стала самым отрадным из впечатлений. 6 июня на площади перед Всехсвятским кафедральным собором негде было яблоку упасть: шеренги курсантов, множество детей, летние платочки, улыбчивые лица. Святейший отечески напутствовал и благословил колонну паломников. В те минуты многие впервые так близко увидели его, услышали добродушно-глуховатый голос, почувствовали сердцем любовь и мир, исходившие от Первосвятителя.

Начавши путь от поля ратной славы, богомольцы к вечеру 10 июня подошли к Оптиной пустыни, колыбели русского старчества. В стенах обители мы возблагодарили Господа, что все увиденное, услышанное и осмысленное нами показало неубиваемое присутствие веры православной в нашем народе. Наше спасение – в возрождении русской души, ее приближенности ко храму и Богу.

 

Эти бедные селенья,

Эта скудная природа –

Край родной долготерпенья,

Край ты русского народа!

Не поймет и не заметит

Гордый взор иноплеменный,

Что сквозит и тайно светит

В наготе твоей смиренной

Удрученный ношей крестной,

Всю тебя, земля родная,

В рабском виде царь небесный

Исходил, благословляя.

                               Ф.И. Тютчев

 

Русь глухонемая.

Был к Иисусу приведён
Родными отрок бесноватый:
Со скрежетом и в пене он
Валялся, корчами объятый.
— «Изыди, дух глухонемой!» —
Сказал Господь. И демон злой
Сотряс его и с криком вышел —
И отрок понимал и слышал.
Был спор учеников о том,
Что не был им тот бес покорен,
А Он сказал:
«Сей род упорен:
Молитвой только и постом
Его природа одолима».
Не тем же ль духом одержима
Ты, Русь глухонемая! Бес,
Украв твой разум и свободу,
Тебя кидает в огнь и в воду,
О камни бьёт и гонит в лес.
И вот взываем мы: Прииди…
А избранный вдали от битв
Куёт постами меч молитв
И скоро скажет: «Бес, изыди!».

                            М.А. Волошин