Цепи Самсона

После исхода из Египта и расселения в Земле обетованной народ, живший в окружении языческих племен, нередко уклонялся в подражании их верованиям и обычаям. Удаляясь от Истинного Бога, почитая бездушных идолов, он постепенно утрачивал силу духа. Его слабостью воспользовались соседи филистимляне и поработили народ израильский на целых сорок лет.

Страдания возымели вразумляющее действие и побудили народ к покаянию. В первый же год позорного ига Господь, скорбя о людях Своих, отозвался на их покаянные молитвы. Ангел явился к жене человека по имени Манной. Все считали женщину неплодной, но именно ей надлежало родить будущего заступника от врагов. Его зачатие и появление на свет воспринималось неслыханным чудом, как ответ Бога на мольбы многих и многих. Тем самым Господь хотел показать, что Он силен из ничего, из омертвелой утробы произвести ожидаемого духовного вождя.

Мальчика назвали Самсоном, что означало «подобный солнцу». По мере возмужания он ощущал проявление необычайной силы, которая поражала соплеменников и устрашала недругов.

Однажды Самсон пошел в Фимнафу, местность, находившуюся на границе удела Данова с филистимлянами. Он хотел высмотреть расположение вражьей земли. Но случилось непредвиденное. На одной из улиц города Самсон встретил обворожительную филистимлянку и пленился ее красотой. Потеряв голову от страсти, он уже не думал о том, ради чего пришел в Фимнафу. Взволнованный Самсон возвращается обратно, но не затем, чтобы поднять соплеменников на поработителей. Теперь он желал лишь одного – добиться разрешения родителей на беззаконный брак с язычницей. Их уговоры не убедили упорствующего сына, который пытался оправдать свою женитьбу намерением ослабить изнутри, а затем и вконец поразить филистимлян. Самсон тешил себя малодушным оправданием, пытаясь совместить в душе святое Божие с греховным человеческим. В том состояла его роковая ошибка.

Из затеи с женитьбой не вышло ничего доброго. Сердце избранницы было не с ним, а с ее коварными соплеменниками, которые по-прежнему видели в Самсоне врага. Она выпытывает у легковерного мужа ответ на загадку, которая была предложена им филистимлянам. Раздосадованный Самсон в гневе совершает целый ряд необдуманных поступков. В результате он теряет жену и еще более возбуждает против себя врагов. Они задаются целью выведать секрет богатырской силы непобедимого иудея. Случай помогает им.

 

Самсон увлекается новой прелестницей, Далидой, имя которой в переводе означало «нежность». Могучий израильтянин, бесстрашно, почти голыми руками поразивший тысячу филистимлян, не смог устоять перед коварной очаровательницей. Цепи, сделавшие его рабом похоти и вожделений, обернулись оковами заточения. Обманутый льстивой наложницей, выведавшей секрет необычайной силы, ослепленный врагами, он днями напролет вращал каменное мельничное колесо для помола зерна. Обвисающие по плечам цепи не позволяли сделать лишнего шага.

 Униженный и ослабленный, он, наконец-то, осознал, как многого лишился, изменив своему Богу. Недавний назорей, давший обет целомудрия, понял, что причиной его низложения стало безрассудное потворство страстям. Но время было безвозвратно упущено… Самсон поступился высоким призванием – быть ревнителем веры, ее чистоты. Единственное, что мог совершить возрожденный покаянием колосс, – обрушить кровлю в храме Дагона и погибнуть под обломками вместе с множеством надменных филистимлян. «И воззвал Самсон к Господу и сказал: Господи Боже! вспомни меня и укрепи меня только теперь, о Боже!» (Суд. 16:28)

В своей переменчивой жизни Самсон познал две цепи. Пока золотая цепь Завета соединяла его с Богом, он был одухотворен, могуч и свободен. Но одурманенный красотой женщины, вслед за цепями страстей он ощутил на ослабевших руках и ногах кандалы неволи. После того, как его ослепили, он смог заглянуть внутрь себя и поразился глубине духовного падения.

Благословен, кто познал в жизни лишь одну цепь, олицетворяющую нерушимую верность Богу.

 

Самсон

  (отрывок)

 

«Не любишь ты меня! – Самсону говорила,

Змеей вокруг него обвившись, Далила. –

Не любишь ты меня, обманщик, мой еврей:

Таишься от меня – в чем мощь твоя и сила?»

И филистимлянке признался назарей:

«Силен обетом я: не стричь моих кудрей».

И, золотом врагов его заране

Подкуплена, коварная краса

Атлету сонному остригла волоса

И крикнула:

«Самсон, вставай – филистимяне!»

От ложа страстного воспрянул назарей,

Как лев, но уж без ней, без прежней львиной мочи,

И вот поникнул он под тяжестью цепей,

И погасил ему нож филистимский очи,

И с торжеством был взят в позорный плен Самсон,

И жерновами хлеб молоть был обречен,

На радость злобною и Тира и Сидона.

Но дни, недели, месяцы прошли,

И снова волоса густые отросли

И пали на плеча широкие Самсона...

                                                         Л.А. Мей

 

 

Самсон

Был ослеплен Самсон, был Господом обижен,

Был чадами греха поруган и унижен

И приведен на пир. Там, опустив к земле

Незрячие глаза, он слушал смех и клики,

Но мгла текла пред ним – и в этой жуткой мгле

Пылали грозные архангельские лики.

Они росли, как смерч, – и вдруг разверзлась твердь,

Прорезал тьму глагол: «Восстань, мой раб любимый!»

И просиял слепец красой непостижимой,

Затрепетал, как кедр, и побледнел, как смерть.

О, не пленит его теперь Ваала хохот,

Не обольстит очей пи пурпур, ни виссон! –

И целый мир потряс громовый гул и грохот:

Зане был слеп Самсон.

                                                        И.А. Бунин