Валерий Белохов

Он был арестован в Саратове 2 года спустя после нашего дела. В апреле семьдесят третьего мы встретились с ним на лагерной больнице в Барашево. Теплынь, клейкие листочки, будоражащая свежесть вечерних запахов… Вопреки вышкам с часовыми и колючке запретки, мы молоды, и сердцу сродни пьянящие токи и запахи новой весны. Сколько мы тогда проговорили, гуляючи в сумерках из конца в конец зоны!.. Не счесть прочитанных стихов, конечно же, все больше о любви!..

По освобождении он бывал у меня в Туле, мы переписывались. В течении целого года до момента кончины он регулярно высылал мне переписанные от руки стихи Н.С.Гумилева. Собранные в отдельную книжку под обложку самодельного переплета они хранятся у меня среди других дорогих сердцу реликвий.

После скоропостижной смерти Валерия 21.01.1987 г. Саша Романов предложил опубликовать мои письма к нему. Они были напечатаны в журнале «Волга» № 3(416) за 2008 год

(ссылка http://magazines.russ.ru/volga/2008/3/li16.html).

Журнал «Волга» № 3(416) 2008

Листки из глухого времени

Письма Олега Сенина Валерию Белохову

Эта публикация продолжает серию материалов своего рода диссидентского краеведения. В “Волге” N 1 (414) были напечатаны письма Вячеслава Петрова, адресованные Валерию Белохову (1947–1987), саратовскому сидельцу по печально известной 70-й статье – антисоветская агитация и пропаганда. Это была переписка периода самого начала “перестройки”, письма Олега Сенина относятся к более ранним временам – началу 80-х, самому, наверное, беспросветному – в политических координатах – отрезку новейшей советской истории.

Олег Сенин по рождению связан с Рязанью, но проходил по саратовскому процессу конца 60-х – дело “группы революционного коммунизма”. Вот отрывок из его автобиографии.

“Родился я 24 марта 1947 года в поселке Лесная поляна Шацкого района Рязанской области. Мама моя, Александра Никоноровна, была родом с Вологодчины, откуда молодым агрономом приехала в наши края, где и повстречалась с моим родителем, Михаилом Павловичем Сениным. Отец мой, имея 7-летнее образование, прошел путь от сельского пчеловода до директора совхоза. Он отличался правдолюбием и широтой натуры.

Первое наставление в вере я получил от своего дедушки, Сенина Павла Федоровича, который имел основательную, по тем временам, начитанность и немалое духовное познание. Благодаря ему, я с детства знал наизусть некоторые молитвы и тропари. После окончания местной 8-летней школы, где я учился и вел себя очень неровно, я поступил в Моршанский строительный техникум, откуда, через два года, перевелся в подобный техникум в г. Рязани. Там я пережил страстное увлечение философией, психологией и литературой. В итоге я решил стать юристом и в 1965 году поступил в Саратовский юридический институт. За год до этого я познакомился в Рязани с молодыми людьми, моими сверстниками, которые имели радикальные политические взгляды. Интерес к политике и критический подход к советской действительности привели нас, молодых радикалов, к выводу о необходимости коренного переустройства общества, в соответствии с буквой и духом марксизма-ленинизма. С этой целью мы начали создавать в Рязани подпольную неомарксистскую организацию. По приезду в Саратов, мною была создана подобная организация и в этом городе.

В 1969 году, уже работая следователем прокуратуры г. Рязани, я был арестован органами КГБ за организованную антисоветскую деятельность. В январе 1970 года приговором Саратовского областного суда, я был осужден на 7 лет лишения свободы и два года ссылки”.

А вот как об этом говорят “сухие строки приговора”:

Подсудимые СЕНИН О.М., КИРИКОВ В.И., БОБРОВ В.А., РОМАНОВ А.И., КУЛИКОВ Д.Г. и ФОКЕЕВ М.Г. на протяжении длительного времени занимались антисоветской деятельностью.

СЕНИН, проживая в г. Рязани и будучи подвергнут в 1965-1966 гг. враждебной обработке со стороны обвиняемого по другому делу Вудки Ю.В., стал разделять его антисоветские взгляды и к осени 1966 года дал ему согласие заниматься совместной организованной преступной деятельностью, направленной на свержение существующего в СССР государственного и общественного строя.

Осенью 1966 года перед отъездом в г. Саратов на учебу в юридический институт СЕНИН получил от Вудки задание создать в этом городе из числа студентов высших учебных заведений антисоветскую группу для проведения враждебной деятельности. Выполняя это поручение, СЕНИН в сентябре-декабре 1966 года и в начале 1967 года провел обработку и вовлек в преступную деятельность подсудимых КИРИКОВА и БОБРОВА, а также студентов Саратовского юридического института Рудченко А.А., Ионова Ю.В. и Клопичева В.В., создав в феврале 1976 года антисоветскую группу. Весной 1967 года СЕНИН обработал в антисоветском духе и в октябре 1967 года ввел в указанную группу студента Госуниверситета подсудимого РОМАНОВА. В сентябре 1967 года СЕНИН провел антисоветскую обработку тренера детской спортивной школы "Сокол" подсудимого КУЛИКОВА.

Руководствуясь СЕНИНЫМ, антисоветская группа проводила организованную преступную деятельность до октября 1967 года, а затем распалась.

Бывшие ее участники КИРИКОВ, РОМАНОВ, а также присоединившийся к ним КУЛИКОВ и студент Медицинского института Федоров, умерший в 1968 году, организовали самостоятельное преступное сообщество, назвав его в провокационных целях "Группой революционного коммунизма", в составе которого проводили враждебную деятельность до августа 1969 года.

СЕНИН и БОБРОВ, не являясь членами этой враждебной группы, продолжали поддерживать тесную преступную связь с ее участниками.

Кроме того СЕНИН до дня ареста состоял в существовавшей в г. Рязани антисоветской группе и выполнял преступные задания ее руководителя Вудки Юрия”.

Подробно об истории этой группы рассказано в мемуарах Александра Романова “Время собирать камни”, напечатанных в 5/6 номерах “Волги” за 1996 год.

Возникновение подпольных групп левого толка было закономерным явлением, либеральный дискурс еще не был широко распространен и недовольство существующим режимом оформлялось в понимании необходимости его коррекции, приведения в соответствии с марксистско-ленинскими заветами. Эта тенденция прослеживается уже с первых послевоенных лет. В статье Елены Маркасовой “А вот практику мы знаем по героям Краснодона…” (“Неприкосновенный запас”, № 58 (2/2008)) перечислены лишь некоторые, наиболее известные организации, деятельность которых имела резонанс: “Коммунистическая партия молодежи” (1947, Воронеж), группа Юрия Динабурга (1945, Челябинск), “Союз борьбы за дело революции” (СДР) (1950-1951, Москва), “Армия революции” (Москва), “Юные ленинцы” (Ленинград), кружок студента В.И. Трофимова (1956-1957, Ленинград), кружок Р.И. Пименова (1956-1957, Ленинград), позже, в 1960-х - марксистская “Лига коммунаров” (1962-1965, Ленинград), “Группа революционного коммунизма” (Саратов, 1968), “Марксистская партия нового типа” (1968, Рязань).

В последующие годы группы левой ориентации встречаются все реже, на авансцену выходит правозащитное движение. Наиболее известный процесс доперестроечных лет – разгром в 1982 году группы “молодых социалистов” (Борис Кагарлицкий, Павел Кудюкин, Андрей Фадин, Михаил Ривкин).

Вернемся, однако, к автобиографии Олега Сенина:

“Наказание отбывал в Мордовии в лагерях для особо опасных государственных преступников; там я пережил духовное обращение, сделался исповедником Православия, и даже вознамерился, по отбытию срока, стать священником. Мое обращение к вере и сознательный отказ от политической борьбы стали основанием для помилования, которое сократило срок моего наказания с 9 до 5 лет.

<…>Я работал на стройке сначала рабочим, а затем мастером, прорабом и инженером. Все это время я посещал Православную Церковь, читал много духовной литературы и готовился к поступлению в Духовную Семинарию. С 1977 по 1980 год я несколько раз пытался рукоположиться в Алма-Атинской, Тамбовской и Архангельской епархиях. После неудавшейся попытки поступить в 1979 году в Ленинградскую Духовную семинарию, я провел полгода у епископа Архангельского и Холмогорского Исидора, исполняя при нем послушание иподьякона и келейника. Но и на этот раз ожидаемая хиротония не состоялась, все по той же причине – моего отказа на предложение о сотрудничестве с органами.

Все эти неудачи и собственное мое маловерие сказались на моих духовно-религиозных блуканиях, затянувшихся на несколько лет. <…> Годы, проведенные в заключении, обернулись для меня утратой зрения. В настоящее время я являюсь инвалидом 1-ой группы по зрению”.

“Блукания” – это про адвентистов, Олег Сенин занимал важное место в номенклатуре этого религиозного объединения, потом перешел в Православие и стал активным борцом с сектантами. В настоящий момент является депутатом Тульской облдумы.

ПЕРЕПИСКА

ПИСЬМА ОЛЕГА СЕНИНА – ВАЛЕРИЮ БЕЛОХОВУ

20 марта 1981 г.

г. Тула

Дорогой Валера!

Получил оба твоих письма… Вести твои горькие. Все это потрясло и напомнило о болях, некогда изведанных.

Нелепость ситуации, в которой оказался Саша, никак не вмещается в моей голове (1). Тут, видимо, мог быть только психоз, иначе – что ему нужно было в кабинете? Но не в этом сейчас дело, а в последствиях. Ведь у него не истек срок судимости, это наверняка скажется плохо. И бедная Мария Андриановна! (2) – представить себе не могу ее муки. Все так нелепо и несообразно…

В следующем месяце я постараюсь выслать ей сколько-нибудь денег. Отправлю на тебя, а ты передашь.

Славе Петрову я напишу следом же за твоим письмом. Светло вспоминаю его и рад был читать строки, напомнившие его неповторимый лексикон и манеру выражаться.

За стихи был бы тебе очень признателен. Обещаю соответствовать в твоих занятиях по русск<ой> идеалистической философии.

Я сейчас один: жена с дочкой улетела на сессию в Караганду. Никона я отправил к своим старикам в Рязань, поэтому прозябаю в тишине и печалях.

На сем крепко жму твою руку и прошу, по мере возможности, извещать о положении дела с Сашей.

Мои искренние приветы ему и горячие молитвы. Так же и Марии Андриановне.

Олег Сенин

***

открытка, 1981 год

Христос Воскрес!

Дорогой Валера!

Поздравляю тебя со Светлым Воскресением Христовым. Да осияет тебя спасающая благодать Господа нашего, сокрушившего смерть и даровавшего нам жизнь вечную. Желаю тебе изобильных пасхальных радостей и новых благословений свыше.

С братским целованием. Олег.

P. S. Письма с Гумилевым (3) исправно получаю. Спасибо.

***

12 мая 1981 г.

г. Тула

Дорогой Валера!

Все твои письма исправно доходят до меня. Не взыщи, что так слабо тебе соответствую. Осуетился, копаючи огороды, высаживая редиску и прочую зелень на обжорку.

Поражаюсь твоей неутомимости при высылке Гумилева и много благодарю за труды.

Получил большущее и пестрое письмо от С. П<етров>а из Питера. Получил и малюсенькое – от Саши Романова, где он совершенно ничего не пишет, что он теперь, где работает и т. д. Ты уж, при случае, добавляй кой-что о нем.

Радуюсь твоему усердию в делах поста и молитвы. Сам я, к сожалению, не могу сказать о себе подобного. Но умом и сердцем я поневоле оказываюсь вблизи религиозно-духовных вопросов прошлого и настоящего. Но, по Лескову, хотя и крещен во Христа, но в Него еще не облекся.

Жду твоих писем и еще раз благодарно жму твою руку.

Твой Олег Сенин.

***

10 июня 1981 г.

г. Тула

Дорогой Валера!

Вчера получил еще два твоих письма и готов уже запечатлеть твой труд по переписке Гумилева каким-либо достойным мемориалом.

Что касается твоего намерения заехать и погостевать в Туле, то на это дело никакого соизволения испрашивать не надо. Мы рады будем принять тебя с дочкой в любое время. На всякий случай еще раз пишу, как добраться к нам от вокзала (…)

Итак, ждем тебя в гости. Как дела у Саши. Может вы вместе нагрянете.

С уважением

Олег Сенин

***

12.08.81 г.

г. Тула

Дорогой Валера!

Прости меня, стервеца, что не отвечал тебе доселе. Перевод, письма, карточки и стихи получил. Спасибо тебе за старания и признательность – твоей аккуратности.

Это славно, что мы свиделись, утешились, отошли душой. Близость наших миров и опытов – самая сильная сирена в наших отношениях. Дай-то Бог, чтобы мы не терялись друг для друга.

Сейчас занят по преимуществу Библией. Здесь – концы и начала, вопрошения и ответы, смысл и искания. Думаю, что и ты осознаешь нужду в постижении Великого Промысла во вселенной, истории, в самом себе. Долгое время я как-то неосознанно предпочитал насыщаться от иных книг, хотя и сознавал, и чувствовал, что только Писание и внутреннее Богопостижение дадут мне ведение. Теперь это сделалось насущной потребностью – исследование Писаний, кои свидетельствуют о Христе.

Когда же углубляешься в Откровения, то начинаешь понимать производность от него всех прочих писаний, их очевидную второстепенность. Мы же, человеки, к ним тянемся потому, что Евангелие требует от нас не только умствований о Боге, но и жизни в Боге, без которой наши словеса – кимвал звенящий; а тяга к книжности – от нашей тяги к умствованиям, которые всего доступнее нам и не требуют больших жертв. Заключение это сделал на собственном опыте.

Русская интеллигенция от века была жила и сыта своей рассудочностью, рефлексией, неорганичностью (то есть участием в Богопознании всех 3-х элементов личности – разума, сердца и воли); таковы мы и доселе.

Не приведи Господи тебе подумать, что все это я направляю в чей-либо адрес. Скорее говорю свое и о себе.

Рад, что Саша пребывает в здравии духовном. Поддерживай его тон, в тебе для этого есть тот здравый смысл и рулимость, которые могут изменять ему.

Успехов в твоих трудах

Привет доченькам и Саше

Твой Олег Сенин

***

16.09.81

г. Тула

Дорогой Валера!

Накануне больницы отправил тебе открытку. Сейчас, по получении писем от тебя, решил ответить более пространно.

Принцип, который ты положил в основание подборки стихов (4), не соответствует уже имеющейся подборке. Тематические подразделы в данном случае излишни. Я бы ограничился отборкой религ<иозны>х стихов, скажем, Пастернака и предварил бы их небольшой ремаркой о его философско-религиозно-нравственных исканиях. Такой принцип требует сплошного исследования поэтического наследия поэта, а потому и подборка будет возможно полной. Напрасно ты не разглядел предыдущий томик религиозных стихов (5).

Благодарен тебе за выписки из Бердяева. Что касается твоих стихов, то возможность их оценки будет зависеть от состояния моего зрения. Поэтому ты повремени с ними до октября. Боюсь, что мне в ближайшее время придется ограничить себя в чтении.

В больнице ничего не читаю, т. к. много процедур на глаза. Единственно, что имею, так это Евангелие, стихи из которого заучиваю и над которыми размышляю. Дело это душеприятное и успокаивающее.

Первые дни было тоскливо, но теперь свыкся. Тут, на радость мне, рядом с корпусом чудный “дворянский” скверик, где я совершаю длительные променады. Такие вот дела…

Да, Валера, зело изумился, когда читал о “тиражировании” и прочих издательских планах (6). Был бы рад, если бы тебе по ушам за них настегали, для науки, так сказать. Мое блаженное мечтание иметь или списать для себя с твоего сборничка (7). Если, конечно, составитель не падет из-за излишней рекламации своей, в общем-то, скромненькой работы.

Лучшие приветы Саше. Остаюсь с дружескими к тебе чувствами.

Олег Сенин

***

24.09.81 г.

г. Тула

Дорогой Валера!

Ты уж прости меня за прошлое бранчливое письмо. Бывают состояния, когда желчь разливается, тем более, что и ты не без вины виноват.

Вчера был чудо что за день – солнечный, по-августовски теплый, и все осеннее золото, тусклое от пасмурных, дождливых сумерек, заиграло и затеплилось излюбленными красками русской осени. У меня тут под боком “дворянский” скверик, где я прогуливаюсь, читаю, размышляю над Евангелием. Читать мне сейчас трудно, так как много процедур на глаза, поэтому – самое лучшее – размышлять, заучивать.

Много молюсь и часто со страстностью неведомой мне в обычных моих состояниях. Да это и понятно: страдания делают нас отзывчивыми на всякую чужую боль, роднят нас со стихиями мира, открывают то внутреннее зрение, которое постигает сладостную тайну сущего. И конечно же, появляется чувство слезной, умиляющей зависимости от Того, в чьей руке есть все, чем жизнь моя будет полнотой совершенства.

Валера, мне бы хотелось, чтобы в предисловии к подборке стихов каждого из поэтов ты возможно полнее использовал материалы из духовно-нравственных исканий и обретений. Тематический принцип тут никак не пройдет, ибо стихи одного и того же поэта будут разбросаны по всему сборнику.

Благодарен тебе за твое участие к моей немощи, но вряд ли я смогу воспользоваться твоей милосердной помощью.

На всякий случай, мой диагноз: пигментная дистрофия сетчатки обоих глаз. Было бы хорошо, если бы ты узнал, не применяют ли в Саратовcкой клинике иглотератпию (…)

Рад твоему деловому настрою, твоей жажде совершенства во Христе. Я тоже весь в борениях, и самое благостное – быть в Боге, радоваться, ликовать, плакать, но в Нем, в Нем.

Храни тебя Господь.

Твой Олег Сенин

P.S. Отправил письмо и Саше, раньше твоего.

 

КОММЕНТАРИИ:

(1) Информация об этом происшествии есть в бюллетене “Вести из СССР”, издававшемся в Германии Кронидом Любарским. Речь идет о задержании Александра Романова за бытовой проступок и направлении его на досудебное психиатрическое обследование, которое продолжалось 2 месяца. Если бы информация об этом не прозвучала по западному радио, Романову вполне мог бы присужден второй срок, на этот раз по “бытовой”, а не “политической” статье, однако в создавшейся ситуации власти предпочли не доводить дело до суда, и закрыли его за отсутствием состава преступления.

(2) Мама Александра Романова.

(3) В это время В. Белохов и А. Романов составляли самиздатовские сборники стихотворений Николая Гумилева. Изыскивались источники, стихи отпечатывались на пишущей машинке тиражами 4-5 экземпляров.

(4) Кроме стихов Гумилева, Белохов пытался собрать и издать таким же образом сборник религиозных стихов русских поэтов XIX-XX веков.

(5) Трудно сказать, о каком именно сборнике идет речь. Образцом служили дореволюционные и зарубежные издания.

(6) Речь идет о той же самиздатовской деятельности Белохова и Романова.

(7) Скорее всего, речь идет о сборнике стихов Гумилева, подготовленном Белоховым и Романовым.

 

Публикация Александра Романова

Вступительная статья Олега Рогова, комментарии Александра Романова, Олега Рогова