Дорогие мои, ближние и дальние! Меня, сумасброда, осенило намерение время от времени знакомить вас со своими стихами. Про себя я именую их «виршами», так как писались они по настроению, от раза к разу. Между тем, каждое из поэтических строк – звездная крупица той  вселенной, которую вмещает моя мятежная душа.

 

ГОРЫ

Извечная недвижность, чистота

Вершины убеляющих снегов,

А в гиацинтах неба излита

К свободе духа тяга и любовь.

 

Тян-Шанских елей стройные заставы

Красуются на крутизне отвалов,

Как чудом к нам дошедшие октавы

Небесных незапамятных хоралов.

 

Безумных речек пенная вода

Змеится по низам ущелий,

Здесь первозданно хороша звезда

И темен смысл бессмертных суеверий.

 

 Осенняя земля.

 Последние листы, познавши одиночество

 На утонченной наготе ветвей,

 Взирают грустно на упадок зодчества, -

 Удел безрадостный всех поздних октябрей.

 

Земля соцветий, уступив из робости

Канунам и итогам плодородия,

Имеет вид торжественной суровости,

Столь неразлучный с моей скорбной родиной.

 

И только небо, вечно осиянное,

В своем порыве всех дарить надеждой,

Пророчит ей обновы сребротканные

И белизну, невиданную прежде.

 

  ***

Пластинка русского романса,

Звуча всё тише и нежней,

Удушьем сладостного транса

Мне воскресила мир теней,

 

Где канделябров стройных свет,

Трюмо, запястья, мягкий плед.

 

Но зеркало души, изломом

Творя лиричный произвол,

В тебе, счастливо зацелованной,

Воссоздало тот ореол,

 

Что детской хрупкостью плечей 

Рождал восторг моих  речей.

 

Там, в старорусском городке,

В холодной маминой квартире,

Как в веке том, щека к щеке

Под эти звуки мы парили.