«Век мой, зверь мой…» (О. Мандельштам)

16 декабря в ЦО № 10 города Тулы прошло мероприятие, посвященное новомученикам российским. Привожу отрывки из материала журналистки Татьяны Шитовой.

 

 

Перед этим горем гнутся горы,

Не течет великая река,

Но крепки тюремные затворы,

А за ними — «каторжные норы»

И смертельная тоска.

                        Анна Ахматова

    Вниманию участников семинара была предложена постановка Литературного школьного театра «Сказка» под названием «Век мой, зверь мой…Слово о новомучениках ХХ века». Руководитель театра и режиссер-постановщик педагог дополнительного образования и преподаватель ОПК МБОУ ЦО №10 Наталия Викторовна Редозубова определила жанр композиции, как жанр погружения. Благодаря искренней игре юных актеров, использованию видеоматериалов, пронзительной музыке, зрители в зале на какое-то время погрузились в атмосферу страшного времени воинствующего атеизма, воцарившегося России сразу после победы октябрьской революции 1917 года, когда начались жестокие гонения на Церковь, аресты и убийства священнослужителей и мирян, проявивших стойкость в вере Христовой. Эпоха безвременья продлилась до донца 30-х, вошедшего в историю страны и государства как время сталинских репрессий, когда в страшной мясорубки бездушной государственной машины были искалечены и загублены сотни тысяч человеческих судеб. В повествовательную и историческую канву композиции вплетены судьбы членов семьи последнего Российского императора Николая II, новомученников и исповедников Российских, среди которых немало священников и мирян Тульского края: епископ Онисим (Пылаев), епископ Никита (Прибытков), протоиерей Петр Павлушков, архимандрит Исаакий, настоятель Оптиной пустыни, преподобномученицы Макария, Августа, Мария, мученица Агриппина.

Давний и хороший друг МБОУ Центр образования №10 Олег Михайлович Сенин, заместитель Председателя Тульского отделения Общества русской словесности, преподаватель Тульской Духовной семинарии от своего имени и от лица всех собравшихся выразил благодарность участникам школьного литературного театра «Сказка» и их руководителю Наталии Викторовне Редозубовой за сценическую композицию «Век мой, зверь мой…». Затем Олег Михайлович прочитал несколько своих стихотворений, написанных им в годы заключения в Мордовском Дубравлаге. Их выстраданные строки стали печальным предваряющим началом для его рассказа «Заступница усердная». Трагические события из жизни сельского священника отца Никанора и его семьи прозвучали в проникновенном чтении Владимира Сергеевича Алешина, руководителя клуба православных писателей «Родник», лауреата Всероссийского конкурса художественного слова, члена правления Тульского отделения Общества русской словесности.

Привожу так же отдельные стихи, прозвучавшие в спектакле.

 

 

Анна Ахматова

***

Уводили тебя на рассвете,

За тобой, как на выносе, шла,

В темной горнице плакали дети,

У божницы свеча оплыла.

На губах твоих холод иконки.

Смертный пот на челе не забыть.

Буду я, как стрелецкие женки,

Под кремлевскими башнями выть.

 

***

Семнадцать месяцев кричу,

Зову тебя домой.

Кидалась в ноги палачу,

Ты сын и ужас мой.

Все перепуталось навек,

И мне не разобрать

Теперь, кто зверь, кто человек,

И долго ль казни ждать.

И только пыльные цветы,

И звон кадильный, и следы

Куда-то в никуда.

И прямо мне в глаза глядит

И скорой гибелью грозит

Огромная звезда.

 

Осип Мандельштам

Мы живем, под собою не чуя страны, 
Наши речи за десять шагов не слышны, 
А где хватит на полразговорца, 
Там припомнят кремлёвского горца. 
Его толстые пальцы, как черви, жирны, 
А слова, как пудовые гири, верны, 
Тараканьи смеются усища, 
И сияют его голенища. 

А вокруг него сброд тонкошеих вождей, 
Он играет услугами полулюдей. 
Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет, 
Он один лишь бабачит и тычет, 
Как подкову, кует за указом указ: 

Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз. 
Что ни казнь у него — то малина 

И широкая грудь осетина.

 

 

Осип Мандельштам

Век

Век мой, зверь мой, кто сумеет
Заглянуть в твои зрачки
И своею кровью склеит
Двух столетий позвонки?
Кровь-строительница хлещет
Горлом из земных вещей,
Захребетник лишь трепещет
На пороге новых дней.

Тварь, покуда жизнь хватает,
Донести хребет должна,
И невидимым играет
Позвоночником волна.
Словно нежный хрящ ребенка
Век младенческой земли —
Снова в жертву, как ягненка,
Темя жизни принесли.

Чтобы вырвать век из плена,
Чтобы новый мир начать,
Узловатых дней колена
Нужно флейтою связать.
Это век волну колышет
Человеческой тоской,
И в траве гадюка дышит
Мерой века золотой.

И еще набухнут почки,
Брызнет зелени побег,

Но разбит твой позвоночник,
Мой прекрасный жалкий век!
И с бессмысленной улыбкой
Вспять глядишь, жесток и слаб,
Словно зверь, когда-то гибкий,
На следы своих же лап.

Кровь-строительница хлещет
Горлом из земных вещей,
И горячей рыбой плещет
В берег теплый хрящ морей.
И с высокой сетки птичьей,
От лазурных влажных глыб
Льется, льется безразличье
На смертельный твой ушиб.

 

Дерзаю дополнить эту грустную подборку своим стихотворением "Заточенье".

 

Олег Сенин

Заточенье

По рукам и ногам - кандалы неподъемные,
Стены силятся вспомнить закатные блики.
Твои губы в улыбке, до любви неуемные,
Сиротеющей ночью заходятся в крике.

А снаружи, к стенам, распокрытая осень,
Обласкавши подножья родных мне осин,
Паутину земли святорусской приносит

И заплаканных глаз твоих кроткую синь.

Тихих улочек наших расписные покои
До зазимков роднит листопадная гладь.
Но все золото их той улыбки не стоит,
Что в венчальный октябрь мое сердце зажгла.

Встань зажженной свечой над темничною мглой,
Замоли, отведи, все небесные кары…
Все прошито разлуки железной иглой,
И мне целую вечность стонать и пластаться на нарах.