Под хоругвями Крестного хода.

 

     Мало что греет душу в безотрадной круговерти дней и событий. Но не зря говорят: жива душа калачика просит. И понятно, почему так тянет к святому, светлому и возвышенному. К некоторым оно приходит через обращение к Богу, искреннее и радостное воцерковление. И тогда, вопреки серой обыденности, в душе будто зажигается огонек свечечки-былиночки. На глазах восстанавливаются и наполняются храмы, воссоздается утраченный уклад приходской жизни.

    Наш рассказ о том, как в начале лета 1999 года в Тульской епархии состоялся первый многодневный Крестный ход.

 Крестный ход начался от святыни земли русской – Куликова поля. 1 июня, в день памяти святого благоверного князя Димитрия Донского, Владыка Кирилл совершил Божественную Литургию в храме Рождества Пресвятой Богородицы в Епифани. По окончании службы паломники выстроились перед храмом, слагая из своих рядов колонну.

     Зрелище было поистине душевозносящее. Впереди следовала звонница из нескольких разновеликих колоколов, закрепленных на УАЗе. Шестеро мужчин и отроков несли кресты разной величины. За ними блистала величавая златотканая хоругвь со Спасом Нерукотворным. Далее шла икона Всех Русских Святых, переданная насельниками Оптиной пустыни. За духовенством и певчими воздымались к небу 40 хоругвей и знамен, которые несла дружина московского Союза православных хоругвеносцев. Рядами по 4-5 человек шел с иконами наш православный люд. Каждый – со своими скорбями и надеждами, с покаянием и смирением, но объединенные в одно духовное целое.

      Вот восьмилетняя щебетунья Маша с мамой-сердечницей. Та на третий день пути доверительно открылась мне: «Думала, из-за сердца и полкилометра не пройду, придется садиться в автобус… И надо же! Господь так укрепил, что вот уже столько прошла, а сердечка своего не чувствую. И Маша моя радуется, как цветочек раскрылась. Она всю зиму занималась в воскресной школе при Щегловском монастыре, а теперь думаю отдать ее туда на послушание в летние каникулы. Да и сама она того хочет». Машенька в легком платочке вместе с детворой раздавала листки и газеты всем, стоявшим на тротуарах и обочинах.

     Среди певчих – две монахини из рязанского Солотчинского монастыря: совсем молоденькая инокиня Анна, разговорчивая и умилительная, и вторая, гораздо старше ее, Мария – сдержанно-любезная.

        «В обители нас 20 сестер, – рассказывает она. – Матушка игуменья назидает нас и, случается, не без строгости. Но с нами, неслушными, иначе и нельзя. Все мы разные, но каждая понимает, что спасемся лишь любовью и послушанием. В монастыре с грехами нелегко – но где как не там и помощь Божья и благодать Его спасающая. Вот и на Крестном ходе – телу трудно, а душа очищается, легчает...»

   За время пути каждый обогатился бесценными крупицами духовного опыта. Помнится, когда паломники вошли в город Киреевск, где никогда не было храма, на глазах у всех над крестами, хоругвями и иконами завис белоснежный трепещущий голубь. Во время шествия по Богородицку и Белеву, где нас особенно тепло встречали, солнышко чудно играло на июньском небе. В одном месте всех порадовали телята и жеребята, которые, как завороженные, смотрели с луговины на проходящую мимо процессию. Неожиданно один жеребенок сорвался с места и ускакал вперед. Через несколько минут мы снова увидели его: он ласково терся о мать своим гнедым боком и вместе с ней дивовался увиденным.

 

                       Жеребенок

Ах, как удивительно смело
Он нес в первозданном тепле
Свое невесомое тело
По майски весомой земле.

Звенели в выси жаворонки,
Кропила росою трава.
А голос заливисто-звонкий
Все звал его,
Звал его,
Звал…

Но что ему было за дело,
Когда, возрожденьем пыля,
Летела под ним и летела
Почти невесомо земля.

                                           В.И.  Жильцов

 

                                                        Глава из книги О.Сенина "Благодати светлое крыло"