Поэтический цикл "Любовь из-за решетки" часть 1.

Совсем еще молодым, в 22 года, я был арестован и осужден по политическому делу на 9 лет лишения свободы. Рита, моя возлюбленная и мама нашей полуторогодовалой доченьки Алены, училась в МГУ на истфаке. Арест и заключение стали переворотным для нас событием и повлекли мучительные переживания разлуки. Стихи, написанные ниже отчасти воссоздают муку мучную свалившегося на нас.

В книге «Горюша моя ясная» вы сможете прочесть и прочувствовать тяготы долгих лет лагерной "эпопеи". 

***

Журавлю перебили крыло.

Кареглазый, худой, неповинный,

Он с тоскою смотрел, как несло

Сине небо его половину,

 

Как владел властелин окоем

Ее тонко очерченным телом,

А она беспокойно смотрела

В пустоту, где летели вдвоем.

 

Вот и я в казематах темницы

Без тебя, без покоя и власти,

Лбом к виску твоему прислониться,

Здесь почел бы за высшее счастье.

 

А в осенних туманах земли,

Как в безлунном саду хризантема,

Одиноко, печально и немо

Дрогнешь ты в ожиданьи зари.

 

***

Опять во сне мерещится облава,

Опять мне жутко, я вжимаюсь в стену,

Мне ходу нет ни прямо, ни направо, -

Рывком на левой я вскрываю вену ...

 

Стена шатнулась, спину отпуская,

В глазах крестами огненными метит,

Я в темный погреб тихо оползаю,

И мама милая фонариком мне светит.

 

Закрыто дело - я за все ответил!

А то, что будет, пусть придет с повинной

К той женщине, чей льноволосый пепел

Усыпал путь мне в райскую долину.

 

  ДОРОГИ

Немного-немало, две тысячи лет,

Дороги устало горюнятся в след.

 

Щитами блистая в закатную грусть,

В поход выступала былинная Русь.

 

Звенели мечи, кровенела трава,

Пылали в ночи города, что дрова.

 

Слезой предрекая ворогам бесславье,

Молились со стен крепостных Ярославны.

 

В труды и остроги загнавши народ,

Шагал по дороге коломенской Петр.

 

Под этим же небом, по вешней земле

Катились телеги цыган на заре.

 

С неволей сроднясь, отреченьем заженны,

По трактам тряслись декабристкие жены.

 

Причувствуя время пожарищ близких,

Несли свое бремя в Сибирь нигилисты.

 

Рыдали гармошки, окопы да схватки…

Кручинились дали глазами солдатки.

 

Серели дожди сукном башлыков.

Ступали вожди по грязи большаков…

 

И нам не забыть тех, кто вторя отваге,

Решил загубить свою жизнь в Дубравлаге.

 

    ***

Может все и не пройду,

Пошатнусь и упаду,

Подомну траву сухую,

Стебли телом поцелую

 И в последней из страниц

Прочерчу строку живую

Взором мертвых роговиц.   

 

 ***

Ветер. Мрак. Потух огонь.

Лоб усталый тискает ладонь,

Плечи сутулы, глаза странны –

В них видения былой весны.

Силятся развеять скорбную явь

Губы в поцелуе, чудо соловья,

Таинство касаний, сосен сон,

Слезы расставаний, нежный обертон.

 

 

 

  ***

Я не знал, что леса потемнели,

Что опять задымились метели

И под святки, студя терема,

Колядою шалила  зима

…Это все я узнал из письма.

 

Я за вести стихами плачу,

Полутьмой, прислоненной к плечу,

Онемевшими в горе губами

И провалом кругов под глазами.

Боже мой, что же станется с нами?